Надежда Василенка с мягкой игрушкой в руках

Надежда Василенко | Нескучная жизнь

Я появилась на свет с врождённой глаукомой. Зрение я полностью потеряла годам к 15 – 16. Тогда же начал сильно падать слух. Соответственно, после 9 класса общеобразовательной школы я уже поступила в 11 класс школы-интерната № 1 города Москвы для незрячих и слабовидящих (примерно соответствует 10-му классу общеобразовательной школы [Прим. ред.]).

Как человеку, успевшему привыкнуть к ярким краскам и разнообразию геометрических форм, мне было очень трудно адаптироваться к новой реальности. Даже на уроках по ориентированию мне говорили, что ходить с тростью нужно без подгляда, а я не могла – было слишком страшно.  Читать далее

На фото Наталья Демьяненко в яркой куртке и шарфе

Наталья Демьяненко | Зачем я живу?

Лет с тридцати я начала задаваться вопросом, для чего живу. А в то, что человек, любой человек, во всём своём многообразии, индивидуальности, с талантами, особенностями, желаниями и стремлениями, приходит в этот мир не просто так «процвесть и умереть», по Есенину, поверила ещё раньше.

Читать далее

София Дидина - маленькая девочка с надувным кругом на море

Софья Дидина | Медико-педагогическая ошибка?

Помните, в кинофильме «Ирония судьбы, или с легким паром» главные герои беседуют о том, как важно не допустить ошибку в своей профессиональной деятельности? «Ошибки врачей дорого обходятся людям», – говорил Женя Лукашин. «Ошибки учителей менее заметны, но в конечном итоге они обходятся людям не менее дорого», – продолжала Надя. Конечно, каждый из них был по-своему прав. Но задумывались ли вы, что может случиться, если врач и учитель одновременно ошибутся в отношении одного и того же человека?

Сегодня я хочу поделиться с вами своей личной историей из детства о такой ошибке.  Читать далее

На фото Элишка Глуши в темных очках

Элишка Глуши | Обычное детство: жизнь незрячего в Чехии

Добрый день, уважаемые друзья! Меня зовут Элишка Глуши, мне 53 года. Я живу в Чехии, в городе Брно, и работаю заведующей отделом истории слепых в Техническом музее в Брно. Но прежде чем я начала заниматься этой работой, много воды утекло. О музее можно написать отдельно, но сейчас я хочу рассказать о своем детстве.

Я родилась в городе Оломоуц у здоровых родителей. Я не вижу с детства, но почему – точно неизвестно, хотя есть две версии. Моя мама могла заразиться токсоплазмозом, когда жила с папой в деревне, где моя бабушка держала кошек и кроликов. Или же она, будучи беременной, заразилась краснухой на приеме у врача. К счастью, в остальном я полностью здорова.  Читать далее

Карина Райская на празднично украшенной школьной сцене

Карина Райская | Жизнь, не ограниченная ничем

Здравствуйте, дорогие читатели! Меня зовут Карина, мне 17 лет. И, как и многие другие авторы, я хочу поделиться личной историей.

Родилась я 30 ноября 2001 года в Ульяновске, где и продолжаю жить. Моё рождение было преждевременным, и врачи говорили разное. Например утверждали, что, возможно, у ребенка будут проблемы с интеллектом и ещё много всего. Но, забегая вперёд, скажу, что эти слова не сбылись. И все говорили о том, что моим родителям очень повезло. К 9 месяцам стало заметно, что мои глаза не реагируют на игрушки, и начались поездки по больницам в Москву, в Уфу и, естественно, реабилитация по месту жительства.

Читать далее

На фото Павел Кляченко

Павел Кляченко | Слышу мир в ярких красках

Доброго времени суток, дорогие друзья!

Меня зовут Павел, и сегодня я хотел бы поделиться с вами собственной жизненной историей. Хотя «жизненная история», наверное, — это будет слишком громко сказано, поскольку я считаю, что это лишь начало моего пути, такой своеобразный старт. Скорее, я просто расскажу о некоторых особенностях своей жизни, которые позволили мне стать сильнее, двигаться дальше, не опустив рук, максимально активизировать чувства и запустить творческие способности для того, чтобы день за днем разукрашивать собственный мир и мир других людей целой палитрой ярких красок со всевозможными оттенками. Я надеюсь, что следующие несколько минут окажутся крайне интересными для вас. И если то, что вы сейчас прочитаете, кому-то принесет пользу, смотивирует, побудит к анализу своей жизни и действиям, направленным на ее изменение в лучшую сторону, то это уже все не зря.

Начать свою историю мне бы хотелось издалека, а именно с детских лет, где есть просто мальчик Паша, вообще не уделяющий внимания собственной исключительности. Ведь всякий раз, когда мне задавали вопрос: «Паша, скажи, ты хорошо видишь?», — я четко и убедительно отвечал «да!» Тот факт, что я на самом деле не знаю, что такое хорошо видеть, я считал чем-то незначительным. Кратко скажу, что мое зрение всегда было очень далеко от идеального, но в годы, о которых идет речь, оно было существенно лучше, чем сейчас.

Читать далее

На фото Виталий Монтяков

Виталий Монтяков | Защита от самостоятельности

Здравствуйте, дорогие читатели! Меня зовут Монтяков Виталий. Я родился в 1988 году в небольшом военном городке возле поселка Досатуй Читинской области. Там служил мой папа, а мама работала в военном госпитале.
Моё детство не было особенным. Нарушение зрения у меня врожденное, но никто не делал на этом упор. Воспитывали меня, как самого обычного ребенка, обращая внимание только на то, что было мне недоступно. Например, я не мог увидеть, как выглядит листик на дереве, поэтому для меня сгибали ветку, чтобы я мог его потрогать, или просто срывали этот листик. И в остальных недоступных для меня вещах было примерно так же, а в целом я рос, как почти любой ребенок, да и общался в основном с абсолютно здоровыми детьми, и никаких особых проблем с этим не было. С одной стороны, раньше все были добрее и не высмеивали какие-то недостатки или особенности друг друга, как это происходит сейчас. С другой стороны, дети просто знали, что я почти ничего не вижу, и если я чего-то не мог сделать так, как они, то мне просто помогали или делали это вместо меня.  Читать далее

На фото Владимир Чадов у мемориала погибшим на войне

Владимир Чадов | 6 сентября 2000 года: до и после

Утро. Открываю окно, чтобы проветрить комнату. Слышу первых птиц и проходящий мимо поезд. Недавно закончился дождь, и я вдыхаю его свежесть, смахивая с себя остатки сна.
Потом утренний кофе и сводка новостей по радио. У каждого, понимаешь, свой ритуал, привычка последовательно придерживаться действиям. Своим, максимально удобным и по возможности комфортным.
Включаю компьютер и проверяю почту. Читаю письма и радуюсь тому, что ещё не забыт теми, кем мог бы уже давно быть забытым. Отвечаю.
Часы бьют восемь. Говорящие часы с приятным боем. У меня всё говорящее: компьютер, часы, телефон, смартфон и даже градусник с тонометром. Так бывает, если ты слепой. А я действительно слепой, и на днях будет 19 лет, как я перестал быть зрячим. 19 лет, как одна жизнь сменила другую. Одна и та же и в то же время две такие разные…
Читать далее
На фото Екатерина Шустова танцует с партнером

Екатерина Шустова | Начала заново учиться жить

Я была самым обычным ребенком. Росла, как и все другие люди с нормальным зрением. Училась в обычной школе. Затем поступила в обычное ПТУ. По образованию я повар. В результате черепно-мозговой травмы в 19 лет я потеряла зрение и чуть не лишилась жизни.

Неудачно вышла замуж. Так как муж постоянно меня бил, я с ним развелась. Через полтора месяца после того, как я ушла, он решил меня убить. Практически возле дома. Нашли меня глубокой ночью на проезжей части. Случайно проезжавшая машина скорой помощи увидела, что я лежу там, и вызвала вторую бригаду. В коме я пробыла месяц. Врачи говорили, что жить я не буду, а если и выживу, то стану неадекватной. Я выжила.

Читать далее

Татьяна Комарницкая стоит возле декоративной подставки с вьющимися растениями в парке

Татьяна Комарницкая | Моя судьба в надежных руках

Думаю, что у каждого человека есть какие-то особенности, недостатки или обстоятельства, которые мы хотели бы, но не можем изменить. Для меня такой проблемой стало зрение, вернее его отсутствие.

Родилась я в 1971 году в обычной здоровой семье. Но моё появление на свет было связано с серьёзными трудностями. Мама была маленькая и хрупкая, а я — большая, да ещё и троекратное обвитие пуповиной. Врачи говорили родителям, что им очень повезло, потому что после длительного кислородного голодания у меня повредилось только зрение.

По медицинским показаниям я должна была учиться в школе слепых, но отец не хотел об этом слышать. «Она не слепая, а слабовидящая!» — убеждал он учителей и врачей. У меня была атрофия зрительного нерва, высокая близорукость, узкое поле и полное отсутствие зрения в темноте. В лучшие дни я видела 5 – 6 процентов. Зрение постоянно ухудшалось, впереди ждала слепота. До сих пор не могу понять, как с таким букетом оказалась в школе для слабовидящих. Читать далее